А.А. Пережогин

К вопросу военизации системы чинопроизводства на Колывано-Воскресенских заводах во второй половине XVIII в. 

Номенклатура и эволюция горных чинов в XVIII в. принадлежит к числу недостаточно изученных вопросов в исторической литературе. Имеющиеся публикации содержат много неточностей, поскольку базируются на «Уставе о службе гражданской» и данных знаменитого «Горного словаря» Г.И. Спасского, отражающих реалии 30–40-х гг. XIX в.[1] Исключение составляет статья Л.А. Дашкевич, но, охватывая весь комплекс законодательных источников по указанной проблеме, она не учитывает нюансы практики горного чинопроизводства на Колывано-Воскресенских заводах во второй половине XVIII в.[2]  Вместе с тем, обозначенный аспект неразрывно связан с процессом военизации правового положения административно-технического персонала горно-металлургической промышленности России.

На оформление военизированного статуса горных специалистов большое влияние оказывала потребность привлечения на предприятия квалифицированных кадров, прежде всего из дворянства. Согласно «Табели о рангах» 1722 г. горные чины гиттенфервальтера (12 кл.), маркшейдера (12 кл.), бергмейстера (10 кл.), обер-бергмейстера (8 кл.) и др. входили в число статских (гражданских) рангов, что не способствовало росту престижа горной службы.[3]

В октябре 1734 г. императрица Анна Иоанновна утвердила «Штат чинов при Сибирских горных заводах», разработанный генерал-лейтенантом В.И. Генинным и действительным статским советником В.Н. Татищевым. Он повысил классы горных чинов маркшейдера (10 кл.), бергмейстера (9 кл.) и ввел перспективные горные чины шихтмейстера (14 кл.), берггешворена (13 кл.), обер-гиттенфервальтера (9 кл.). Горным офицерам назначили жалованье «по тем их рангам против сухопутных (армейских офицеров пехоты. – А.П.), кроме рационов».[4]

Тем не менее, в целом проблемы уравнения горной и военной службы «Штат чинов при Сибирских горных заводах» не разрешил. Это отчетливо видно из протокола заседания Канцелярии Колывано-Воскресенского горного начальства от 13 марта 1750 г. В нём значилось, что «о их (горных офицеров – А.П.) чинах и равенстве с военными офицерами не публиковано, хотя в табели 1722 году и по резолюции…императрицы Анны Иоанновны …1734 году в октябре месяце (которая кроме горной команды также нигде не публикована) некоторые горные чины и есть, но положены со штатскими, а оная горная многотрудная и от резиденции весьма отдаленная служба со статскою несравненна».[5]

В 1761 г. глава Кабинета ЕИВ А.В. Олсуфьев в докладе императрице отметил, что из русских дворян «в горную науку никто идти не хочет», поскольку горные офицеры «в таком от служащих в армейских и гарнизонных полках штаб и обер-офицеров презрении, что не хотят их и за офицеров признавать, а на гаупвахтах или при ином каком карауле часовые оным горным офицерам и чести ружьем не отдают, поставляя их за мастеровых людей, а не за офицеров».[6] В связи с этим обстоятельством указом Елизаветы Петровны от 12 января 1761 г. горные офицеры ведомства Колывано-Воскресенского горного начальства были приравнены «рангами, жалованьем и действительным почтением» к артиллерийским и инженерным офицерам, имевшим преимущество над армейскими офицерами в один чин. В 1764 г. подобный указ был издан в отношении горных офицеров Нерчинских заводов. Лишь в 1801 г. это положение было распространено на уральский административно-технический персонал.[7] 

В 1761–1796 гг. на кабинетских заводах Западной Сибири практиковалась система горного чинопроизводства, отраженная в таблице 1.

Таблица 1

Горное чинопроизводство Колывано-Воскресенских заводов в 1761 – 1796 гг.

 Источники: ЦХАФ АК. Ф. 1. Оп. 1. Д. 426. Л. 360-360 об.; Ф. 169. Оп. 1. Д. 243, 431, 457, 783.

По «Табели о рангах» с 1761 г. горные офицеры Колывано-Воскресенских заводов наделялись правами потомственного дворянства при получении первого классного чина шихтмейстера 14 кл. Это делает необоснованным утверждение А.Д.  Сергеева о том, что шихтмейстер (с 1763 г. – механикус) И.И. Ползунов был не потомственным, а личным дворянином.[8] Рассуждениям известного краеведа явно противоречит факт возведения в дворянское достоинство в 1841 г. императором Николаем I шести урядников, чьи отцы служили на кабинетских предприятиях в горных обер-офицерских званиях не выше 12 кл.[9]

Существенным недостатком в практике горного чинопроизводства 1761–1796 гг. было отсутствие горных чинов выше 7 класса, которые компенсировали статские ранги, начиная с чина коллежского советника. В результате высшую окружную бюрократию представляли не горные офицеры, а статские чиновники. В 1747–1779 гг. главные командиры Колывано-Воскресенских заводов носили военные генеральские чины (генерал-майора, генерал-поручика). Лишь в 1797–1799 гг. система горных рангов приобрела завершенный характер, когда были введены чины берггауптмана 6 кл., берграта и  обер-берггауптман 5 кл., обер-берггауптмана 4 кл.[10]

Таким образом, внедрение военизированной системы горного чинопроизводства на казенных и кабинетских предприятиях Урала и Сибири предстает сложным и растянутым во времени процессом. При этом Алтай выступал лидирующим регионом по сравнению с другими горнозаводскими районами страны. Опыт Колывано-Воскресенского горного ведомства служил образцом для Уральских и Нерчинских заводов.

По вопросам, связанным с этим веб-узлом, обращайтесь по адресу [Почта проекта].
Последнее обновление: 16.01.2009.